Интервью

Игорь Куринной: «Борец» - это не просто работа

2016-02-24Интервью

Вчера столичной школе «Борец», хорошо известной как в России, так и в Европе и мире, исполнилось 15 лет. О том, как создавалась школа, о ее первых шагах, о ее будущем – наш разговор с основателем и директором «Борца», президентом московской Федерации сумо Игорем Куринным.    

- Итак, вас можно поздравить с юбилеем. Кстати, как вы и все, кто имеет отношение к школе, отметили 15-ю годовщину?

 - Накануне мы провели юношеский турнир в первом зале, в котором 15 лет назад состоялась первая показательная тренировка первого официально открытого отделения сумо в России.

Немного даже ностальгия прошибла. Так уютно все получилось. Вспомнились те славные времена, когда московское сумо состояло из четырех-пяти человек (борцов) и полудюжины энтузиастов. Какой был творческий порыв! Все отдавались новому делу без остатка. Показательные выступления делали каждую неделю, придумывали, как смастерить дохё, просматривали груды видеоматериала, издавали первые книги о сумо.

Нас было мало, но это было удачно брошенное семя. Все кроме, к великому сожалению, ушедшего от нас Рауля Дгворели – победителя первых трех чемпионатов страны - трудятся на благо сумо и сегодня. Я – президент столичной Федерации, Юрий Голубовский – главный тренер сборной страны, Олеся Коваленко ведет активную работу по популяризации нашего вида спорта. Братья Борадзовы несколько лет выступали в высшем дивизионе профессионального сумо и открыли для нас дорогу в этот диковинный мир. Моя ученица Нелли Воробьёва возглавляет смоленскую Федерацию, другая ученица, Марина Дворецкая, является членом исполкома всероссийской Федерации. Участник первого чемпионата России Александр Кораллов - сегодня лучший тренер столицы и один из лучших тренеров страны по женщинам. В общем, как говорил классик, из искры возгорелось пламя. Наверное, можно было бы сделать больше, но без тех первых импульсов не было бы сегодня вообще ничего.

И мне радостно было видеть большое количество юношей и девушек в том зальчике, с которого все и начиналось. И турнир удался. Спортсмены одеты по всей форме, и уже никто не спрашивает, как завязать маваси. Дохё не штучное из поролона, как было у нас, а фабричное. Судьи в бабочках, все с официальной квалификацией… Короче, отрицать положительные сдвиги нельзя. Дело идет. И мы, как и положено, в свой день рождения сделали себе приятное. А что самое приятное для борца? Конечно, побороться. Вот мы и поборолись.   

- А как у вас появилась идея создать свою школу? Или к тому времени вы, уже став трехкратным чемпионом мира по самбо, завершили карьеру?

- Нет, на тот момент я еще был действующим спортсменом. Причем выступал не только по самбо. Боролся на Кубках Европы за профессиональный клуб по дзюдо, уже выступал по сумо.  И боролся я хорошо. Выигрывал много. Был на слуху. Входил в десятку лучших спортсменов Москвы среди всех видов спорта. Конечно, чувство ущербности было, когда ты стоишь на пьедестале и играет гимн страны, в котором нет слов и музыку которого ты не в состоянии даже в голове воспроизвести. Но это компенсировалось удовлетворением личных амбиций, и я научился терпеть.

- Откуда же тогда взялась мысль о своей школе?

- Школа возникла случайно. В Западном округе префектом был Брячихин Алексей Михеевич. Сам в прошлом мастер самбист, отличный руководитель, прекрасный человек. Он давно хотел сделать хорошую школу самбо в Солнцево, с которого и начинал свою карьеру управленца, когда Солнцево еще было подмосковным городом. Но времена были лихие, безденежные. Когда кто-то слышал словосочетание «государственная школа», теряли интерес мгновенно. Государство тогда было бедное и слабое. Если кто-то государству что-то и делал, то потом по году, а то и дольше бегал, пытаясь получить деньги за свою работу.

В Ново-Переделкино было одно заброшенное здание, населенное бомжами и блохами.  Алексей Михеевич сумел выбить достаточно крупные деньги на ремонт с одной известной транснациональной компании, которая строилась неподалеку,. Но… деньги, мягко говоря, исчезли.  Были заведены уголовные дела, подрядчик получил срок, ответственные чиновники лишились работы, шли следственные мероприятия, допросы, ругань, угрозы, взаимные обвинения…

Короче, хорошее начинание превратилось в полную помойку. Дело встало. Был нужен человек чистый, как слеза младенца, который бы стал компромиссной фигурой в этом гадюшнике, всех устроил бы, ни в чем не был бы замешан, был абсолютно беден и абсолютно честен. То есть по представлениям эпохи первоначального накопления капитала – полный дурак. Вот тут и всплыла моя кандидатура. У меня в те годы времени не хватало ни на что кроме борьбы, ничем иным я не занимался. Нефтью не торговал, финансовые пирамиды не создавал. Просто боролся.  

- Но вы же были еще и офицером Российской армии – причем с весьма неплохими перспективами…

- Да, в армии я еще служил, но надо понимать, что это была армия конца 90-х, армия, в которой полковники, доктора технических наук, заслуженные деятели науки и техники охраняли палатки со сникерсами и торговали гвоздиками у подземных переходов. Верховный главнокомандующий дирижировал оркестром, а министр обороны разбивал головой кирпичи.  Поэтому служба в армии меня тяготила не сильно. Зарплату там платили редко – примерно раз в три-четыре месяца – а потому никаких обязанностей на меня не возлагали. Я просто был обычным капитаном деморализованных Вооруженных сил медленно загнивавшей Российской Федерации.

- То есть вам сделали предложение возглавить школу, и вы согласились?

- Появление школы – то есть предложение возглавить несуществующую школу - было, с одной стороны, неожиданным поворотом судьбы, а с другой…наверное, закономерностью. Творческих и физических сил было много,  руки чесались без настоящего дела.

- А стать трехкратным чемпионом мира по самбо и трехкратным чемпионом Европы по сумо – это что, не настоящее дело?

- Понимаете… Все эти титулы, медали – да, это не просто так, это упорные тренировки, режим, труд. Но это все для себя, а для людей моя жизнь была бесполезной. В общем, как Илья Муромец лежал на печи тридцать лет и три года, а потом встал и раскрылся как богатырь, вот так и я – занимался ерундой всякой, занимался, а потом раз – и сделал что-то полезное для людей. Сошлись вдруг пазлы, кубики сложились. Нашлись инвесторы, нашлись единомышленники, все в одно время и в одном месте. Я потом анализировал – чуть раньше, чуть позже, и ничего бы не получилось. Все совпало с точностью до миллиметра и миллисекунды. Повезло. Построили школу и вот работаем до сих пор.

- Думали ли вы, создавая эту школу, занимаясь строительством, ремонтом и неизбежными административными вопросами, о том, что в итоге вырастет из этой школы через 15 лет?  

- Я разговаривал в те годы с человеком, который проработал 10 лет директором спортивной школы. У  меня в голове тогда такое не укладывалось - 10 лет! Вот это, я думал, мастодонт. 10 лет - вечность. И вот сейчас я смотрю на себя – я уже 17 лет директором работаю. Даже не верится.

А тогда, в самом начале, все было поставлено на кон. Да о чем говорить, если мы начинали строить, не имея разрешения на строительство! Три раза стройку останавливали разные ведомства, строителей моих арестовывали. Я чуть не подрался с начальником милиции в его кабинете. Сейчас даже дико представить такое, сегодня все это просто невозможно. Но тогда время было лихое, выживали сильнейшие. Бандиты какие-то приезжали – обещали застрелить, милиция – обещали посадить…  Короче, ставки были высоки. Я понимал, что если не построюсь – мне припомнят все и мало не покажется. Но, если получится – это будет фурор.

Это ведь сейчас уже все привыкли, что в городе что-то строится по велению сверху, что-то происходит как бы само собой, какие-то программы за счет города реализуются. А тогда строительство абсолютно не приносящего прибыль объекта было просто фантастическим событием. Жители района были абсолютно уверены, что строится банк. Переубедить их, что мы строим детскую спортивную школу, было невозможно. Особенно когда в буфете камин стали выкладывать. Одна чиновница только плечами пожала:  «Ну, я так и думала, притон строят. А прикрываются школой. Будет кто-то в школе камин делать в буфете».  

А тренерская работа? Не было в те годы дела менее прибыльного, чем работать тренером – в то время как абсолютно всё, любой бизнес, любая коммерция приносили куда больший доход. Надо мной смеялись в голос все мои товарищи. Те, кто продавал шариковые ручки, разливал пиво в баре, торговал фритюрницами, шоколадками в Теплом стане – все зарабатывали в месяц больше, чем у школы был годовой бюджет. Я как директор получал семь тысяч пятьсот рублей в месяц. Тренеров уговаривал прийти на работу – готов был свои деньги им отдавать. А на 15 лет вперед я даже не заглядывал. Максимум на 2-3 года, за которые надо завершить стройку, найти еще немного денег и купить ковер, потому что в учебном классе дети боролись на линолеуме.

Но зато какое было моральное удовлетворение, когда все получилось. Префектура даже ко мне привозила иностранные делегации. То ли чтобы на школу посмотрели, то ли на этого чудака, который вместо того, что бы деньги взять себе, все вложил в школу.  Но это не значит, что сразу стало легко – сложности только прибавлялись. Да, школа уже была, но теперь нужны были средства для материальной базы, для ее развития.

И тут, вдруг, опять повезло. Только уже не мне лично, а всей стране. Президентом становится борец. Не пьет, не курит, летает на боевом самолете, начинает порядок наводить. Прекращает гражданскую войну на Кавказе. Сначала было очень настороженное отношение, 10 лет безвластия наложили отпечаток на психику многих. Но потом, мало-помалу становилось ясно, что времена поменялись. И вот 23 февраля 2001 года приходит письмо от Президента Российской Федерации В.В. Путина, в котором он приветствует открытие спортивной школы «Борец» и желает нам процветания и успехов в возрождении славных отечественных борцовских традиций. Это был шок! Импульс к работе неимоверный.

Ну и, конечно, все нам всё простили, все наши грешки маленькие забыли. Награды потекли рекой. Как говорится: у победы семь отцов, а поражение всегда сирота. Мы победили, а победителей не судят. Стали «всплывать» люди, которые, оказывается, «всегда в нас верили», «знали, что так и будет», «стояли с нами плечом к плечу». Хотя я никогда не питал иллюзий и знал, что если бы мы опростоволосились – то эти же люди нас поставили бы к стенке и с удовольствием лично бы расстреляли. Это шутка, конечно, но в ней только доля шутки. Примерно так бы и было.

Но сегодня, не скрою, приятно вспоминать дела давно минувшие. Время было трудное, опасное, но тем ценнее то, что удалось тогда сделать. Многие мои сотрудники как пришли в школу в те годы, так со мной и работают до сих пор. Вынесли на своих плечах сложный период становления, пережили несколько эпох и социально-экономических формаций. Мы уже как семья. Дети, которых я возил в первые лагеря, уже работают тренерами, кто-то стал офицером, кто-то просто на улице здоровается и спасибо говорит - уже и не вспомнишь, как зовут, но помнишь, что он у нас занимался. И это - главная награда, которая с лихвой окупает все затраты и усилия.

- Что вы пожелали себе, своим сотрудникам, тренерам и ученикам школы в день ее юбилея?

- В древнем Китае говорили – «Чтоб вам не довелось жить в годы великих перемен». Мы пережили, как минимум, три эпохи глобальных перемен. Но тем и отличается спортсмен от обычного человека – своим складом характера. Обычный человек тяготеет к покою, размеренности жизни, умиротворенности. Спортсменам же, как правило, нужны сильные эмоции, адреналин, и они идут туда, где трудно, где надо побеждать и некогда расслабляться.

Нас трудности и перемены только закалили и сплотили. И я желаю нашему коллективу и впредь оставаться борцовским по духу, идти в бой с открытым забралом, стоять на ветру и не гнуться. Если нам удастся не одряхлеть душой и сохранить этот бойцовский запал и кураж, то никакие кризисы нам не страшны. А чего бояться? Кризис – всего лишь испытание. А испытание есть, по сути, соревнование. Разве борец боится соревнований?

Не сомневаюсь, что нам предстоит одержать еще немало побед над собой и обстоятельствами. И я желаю всем нам и впредь сохранять тот творческий потенциал и оптимизм, которыми мы всегда отличались.

- Какой, по-вашему, какой будет эта школа еще через 15 лет?

- Надеюсь, она будет так же молода душой и богата  традициями, которые мы заложили. Традиции – это главный стержень, на котором держится все. Может быть, не будет уже нас – тех, кто стояли у истоков – но те, кто придут следом, будут нашими учениками. А будет ли «Борец» небольшой школой или разрастется, превратившись в огромный спорткомплекс – это не так уж важно. Главное, чтобы не потерялась душа школы. Чтобы школа была тем местом, куда с удовольствием будут приходить дети и через много-много лет вспоминать те годы, которые они провели на наших коврах, дохё, татами и даянгах – как лучшие годы своей жизни.

Это и есть цель. А все остальное - путь.

– Что значит «Борец» лично для вас?

- «Борец» - это давно уже не просто работа, не просто спортивная школа. «Борец» - это часть меня, часть нас. И уже не поймешь, то ли он наше детище, то ли мы – его…




Руководитель проекта:

Куринной Игорь

Главный редактор:

Оранский Игорь ioranski@osumo.info

Тех. поддержка:

Покрова Андрей apokrova@osumo.info

Электронный адрес редакции

info@osumo.info

osumo.info © 2012-2017